Жилищные права семьи восстановлены

Жилищные права семьи восстановлены

Порой ради квадратных метров люди переходят линию дозволенного, и даже родственные связи
для них не помеха. Дело, о котором пойдёт речь дальше, – яркое тому подтверждение.

Двадцатого мая текущего года победой завершился судебный процесс, в котором мне довелось
представлять интересы семьи москвичей – матери и четверых детей, двое из которых
несовершеннолетние. Преображенский районный суд Москвы отказал в их выселении из
муниципальной квартиры, и удовлетворил встречный иск моих клиентов о нечинении
препятствий в пользовании жильём.

А началась эта история в феврале 21-го года, когда ко мне обратилась совершеннолетняя дочь
Елены М. – Александра. Она рассказала, что ранее их семья проживала в муниципальной
квартире вместе с тётей – неполнородной сестрой её матери – Ниной Л. Квартиру получил
дедушка Александры в 1986-м году по обменному ордеру, а после его смерти нанимателем стала
сестра матери – Нина Л.

Отношения матери с сестрой всегда были сложные. С появлением у сестёр собственных детей
свободных метров в квартире становилось меньше, и отношения только ухудшились. Постоянно
возникали ссоры, невольными свидетелями которых становились дети. А когда у младшей сестры
Александры обнаружилась аллергия на кошек (а дома жила ещё и кошка), мать приняла решение
съехать с квартиры вместе с детьми.

Летом, когда дети не посещали сад и школу, семья жила на даче, в остальное время года – у
друзей и родственников: у кого-то жильё пустовало, а кто-то надолго уезжал из Москвы и
оставлял в их распоряжение квартиру. В любом случае, это было лучше, чем быть «на ножах» с
тётей.

Такое положение дел устраивало Нину Л.: она со своими детьми заняла освободившиеся метры, а
Елена М. с детьми переезжала с места на место, не нарушая семейную идиллию сестры.

В начале 21-го года дочь Елены М. – Александра случайно узнала о том, что тётя подала иск о
выселении их семьи. Как выяснилось позже, дом, где была муниципальная квартира, попал под
реновацию, и, очевидно, сестра решила выселить родственников с целью приватизировать
квартиру, чтобы в дальнейшем получить новое жильё.

Елена М. предприняла попытку вернуться в квартиру, однако, ключ к замку не подошёл, и она не
смогла попасть в квартиру. Добровольно пустить сестру с детьми домой находчивая родственница
категорически отказалась, в результате Елена была вынуждена обратиться в полицию.

В то же время старшая дочь Елены – Александра обратилась ко мне за юридической помощью в
разрешении этого конфликта.

Все документы семьи остались в квартире, в которую попасть было нельзя. Поэтому первое, что
было сделано, – изучены в суде иск и доказательства, на которых истица основывала требование
о выселении.

Выяснилось, что перед подачей иска Нина Л. пригласила участкового, который с участием
представителя ГБУ Жилищник и соседей составил акт. В акте было указано, что кроме самой Нины
Л. и её детей в квартире никто не проживает, имущества и вещей, принадлежащих семье Елены
М., на жилой площади нет.

В иске истица писала, что сестра не живёт в квартире более 30 лет, а её дети на жилую площадь не
вселялись вовсе. Кроме того, ссылалась на то, что сестра давно не оплачивает коммунальные
услуги.

Нина Л. утверждала, что её сестра добровольно покинула квартиру много лет назад, вывезла свои
вещи, коммунальные услуги не оплачивает и, по её мнению, утратила права пользования
муниципальной квартирой. Дети, как полагала истица, вовсе не приобрели права пользования
квартирой, так как в квартиру не заселялись и в ней не проживали. О конфликтах и аллергии
одной из дочерей сестры она, естественно, умалчивала.

Из документов также было видно, что за время отсутствия родственников Нина Л. сделала ремонт
и сменила замки входной двери.

Забегая вперёд, скажу, что в ходе процесса по просьбе адвоката истицы в суд были приглашены и
доброшены три свидетеля. С их слов, все они часто бывали в квартире, но, ни Елену М., ни кого-то
из её детей, не видели.

Ситуация требовала сбора серьёзной доказательной базы в защиту интересов Елены М. и её
детей. Требовалось опровергнуть показания свидетелей и аргументы истицы, в противном случае
выселения было бы не избежать. Ведь согласно закону, добровольно покинувший квартиру член
семьи нанимателя и отсутствовавший в ней продолжительное время без уважительных причин
(длительная командировка, болезнь и т.д.), лишается права пользования и подлежит
принудительному выселению.

В свою очередь, несовершеннолетние, хотя бы они и зарегистрированы на жилой площади, не
приобретают права пользования квартирой, если в неё фактически не вселялись, и в ней не
проживали.

После доверительной беседы с Александрой и изучения материалов дела, начался второй этап
защиты интересов Елены М. и её детей – формирование правовой позиции и сбор доказательной
базы.

У нотариуса был составлен протокол осмотра доказательств – мобильного телефона Елены М., в
котором содержалась переписка сестёр, указывающая на явно конфликтный характер их
отношений.

Было сделано порядка десяти адвокатских запросов в органы социальной защиты, полицию,
Московскую городскую Думу и др. государственные и муниципальные структуры.
Из органов соцзащиты поступил ответ на запрос, из которого следовало, что в октябре 2017-го и
августе 2019-го года проводилось обследование жилищно-бытовых условий проживания семьи.
Приложенный к ответу акт, бесспорно, свидетельствовал о том, что Елена М. в это время жила в
квартире с детьми, и в ней находилось принадлежащее семье имущество.

В свою очередь, архивные документы, полученные из Московской городской Думы, говорили о
том, что истица в период 2018 – 2019 г.г. неоднократно обращалась к Заместителю Председателя
Московской городской Думы с заявлениями об улучшении жилищных условий. В своих
обращениях Нина С. собственноручно писала о том, что в квартире проживает не только она, но и
её сестра с детьми.

Дополнительно в УВД были получены копии материалов проверки по заявлению о
препятствовании доступу в квартиру Елене М. её и детям.

Кроме того, выяснилось, что Нина С. на протяжении длительного времени не оплачивала ЖКУ, а
накопленные долги Елена М. погашала за свой счёт. Всего было погашено долгов по квартплате на
сумму 121 800 руб.

Все полученные доказательства были представлены в суд. Дополнительно был вменён встречный
иск о вселении семьи Елены М.

Для закрепления сформированной позиции, были заявлены ходатайства о направлении судебных
запросов в поликлинику по месту жительства детей, ГБУ «Жилищник» и ОЗН.

В ответе на запросы сообщалось, что несовершеннолетняя дочь Елены М. состоит на учёте у
аллерголога. Нотариальным протоколом осмотра доказательств в социальных сетях были
зафиксированы фотоснимки, подтверждающие присутствие в квартире домашних животных.

«Жилищник», в свою очередь, сообщил, что по жалобе ответственного квартиросъёмщика в
декабре 2019 года проведено обследование квартиры и выявлено неудовлетворительное
состояние напольного покрытия, из-за чего в 2020 году в квартире была произведена его замена.
Сообщалось также, что температура в одной из комнат на момент обследования составляла
+19℃, что менее установленной нормы для угловых помещений квартир.

Органы соцзащиты в ответ на судебный запрос направили копию заявления, в котором сама
истица сообщала, что проживает у родственников, поскольку в квартире идёт ремонт. Интерес
представляло то, что заявление датировалось началом 2020-го года.

На основе собранных доказательств вырисовывалась картина, противоречащая доводам Нины С.
Был очевиден факт того, что семья Елены М. проживала в квартире между 2017 – 2019 г.г., а в
начале 2020 –го года сама Нина С. выехала из квартиры в связи с ремонтом.

Суд также полностью согласился с тем, что Елена М. покинула спорную квартиру вынуждено из-за
конфликта с сестрой и имеющейся у ребёнка аллергии, подтверждённой медицинскими
справками.

Показания свидетелей, о которых упоминалось выше, были полностью опровергнуты
представленными доказательствами. К тому же во время перекрёстного допроса выяснилось, что
визиты свидетелей в квартиру носили эпизодический характер, и их показания не могут служить
бесспорным доказательством длительного отсутствия Елены М. и её детей в спорной квартире.

Как результат, суд отказал в выселении Елены М. и её детей из муниципальной квартиры и
удовлетворил встречное требование о вселении, запретив сестре препятствовать проживанию
семьи Елены.

Таким образом, для Елены М. и её детей удачно завершился судебный процесс, длившийся более
полутора лет. В нём доверительные отношения с клиентом позволили разобраться в глубинных
причинах жилищного конфликта, сформировать безупречную доказательную базу, и обеспечить
победу в непростом судебном деле.

Успехов в бизнесе! Стойкости и терпения!

Поделиться