Дом и земля возвращены наследникам

Дом и земля возвращены наследникам

Самые ожесточенные баталии в делах о банкротстве разворачиваются за недвижимость. У кредиторов этот вид имущества вызывает особый интерес – ведь за счёт него можно существенно пополнить конкурсную массу и вернуть часть средств. В свою очередь для должника и членов его семьи спасение жилья – это вопрос сохранения должного уровня жизни.

Эта история о том, как удалось восстановить право членов семьи умершего должника – его супруги и сына – на единственное жильё, и тем самым отстоять их право на достойную жизнь.

Супруги Валентин и Алина М. состояли в браке с 1998 года. В супружестве они приобрели квартиру и земельный участок с домом; квартиру оформили на мужа, а дом и землю – на жену. Фактически семья – супруги и их взрослый сын – проживали в загородном доме.

У Валентина был собственный ресторанный бизнес, который он развивал за счёт частных инвесторов. Помимо этого, часть оборудования для предприятий была куплена на кредитные средства, полученные в коммерческих банках. В 2020-м в период пандемии собственное дело пришлось закрыть, а долги выплачивать из накопленных средств. Но проценты и неустойки каждодневно росли, а стабильного дохода не было, поэтому рассчитаться со всеми кредиторами Валентин Г. не смог. В конце 2020-го один из крупных инвесторов получил решение Одинцовского городского суда о взыскании долга и в феврале 2021-го подал в Арбитражный суд Московской области заявление о признании Валентина Г. банкротом.

Арбитражный суд ввёл в отношении должника процедуру реализации имущества гражданина. В реестр требований кредиторов были включены обязательства перед пятью физическими лицами и тремя банками, а общая сумма требований составила более 57 000 000 рублей.

Случилось так, что в январе 2022 г. Валентин Г. заболел и вскоре скончался. Арбитражный суд по заявлению супруги умершего должника применил правила параграфа 4 Главы X № 127-ФЗ: рассмотрение дела о банкротстве гражданина в случае его смерти.

К тому времени на торгах была реализована принадлежавшая Валентину Г. квартира, однако для погашения требований всех кредиторов этих средств было недостаточно. Тогда один из бывших инвесторов обратился в суд с требованием о включении ½ доли в праве собственности на дом и земельный участок в наследственную массу. Городской суд удовлетворил требование кредитора, т.к. дом и земельный участок были куплены в браке, и половина доли в праве собственности на недвижимость теперь входила в наследственную массу.

Супруга не имела финансовой возможности выкупить долю покойного супруга, и финансовый управляющий выставил ½ дома и земельного участка на торги. По итогам торгов доли на дом и землю были проданы постороннему лицу. Буквально это означало то, что вдове и сыну придётся делить дом с абсолютно чужими людьми. Что это за люди, и какие у них намерения – догадаться было несложно, т.к. недвижимость находилась в престижном месте Подмосковья и оценивалась не менее 35 000 000 рублей.

После обращения Алины Г. за юридической помощью была выработана правовая позиция и реализован план действий по возврату половины неправомерно изъятой и реализованной на торгах недвижимости.

В арбитражный суд было подано заявление о признании торгов и заключенного на них договора купли-продажи недействительными, исключении из конкурсной массы наследственного имущества в виде ½ доли в праве собственности на дом и земельный участок.

Опираясь на собственный опыт, скажу, что ошибки в делах о банкротстве наследственной массы допускаются служителями Фемиды достаточно часто. Всё дело в сочетании сложного по своей сути наследственного права с тонкостями процедур, применяемых в делах о несостоятельности. Доказывать наличие судебной ошибки приходится в вышестоящих судах, а эта задача сложнее вдвойне.

Так произошло и в деле, о котором идёт речь. Суд первой инстанции отказал в иске, не усмотрев нарушений при проведении торгов. Суд решил, что реализация имущества проходила по утвержденному положению, а супруга умершего должника не воспользовалась правом приоритетного выкупа доли в праве собственности на недвижимость. Кроме того, суд счёл, что поскольку супруга обеспечена жильём – ей принадлежит 1/2 в праве собственности на дом и землю, – то имущественный иммунитет на вторую половину дома не распространяется.

В апелляционной жалобе акцент был сделан на искажении нижестоящим судом самой сути банкротства наследственной массы, где наследники не отвечают по долгам наследодателя, а сама процедура проводится так, как если бы наследодатель был жив.

Выбранный подход себя полностью оправдал.

Суд апелляционной инстанции отменил результаты торгов и признал заключённый с покупателем договор купли-продажи недействительным. Коллегия судей приняла сторону супруги умершего должника, признав её доводы согласующимися с задачами банкротного производства.

Во-первых, суд вышестоящей инстанции согласился с тем, что супруга умершего должника приняла наследство фактически. Судьи напомнили, что наследство может быть принято не только путём подачи нотариусу заявления о принятии наследства, но и путём совершения определённых действий. Супруги на момент смерти наследодателя проживали совместно, а значит, супруга продолжила пользоваться имуществом мужа после его смерти, т.е. приняла наследство фактически.

Во-вторых, коллегия судей напомнила, что если истёк срок для принятия наследства и для наследника жилое помещение является единственным пригодным для проживания помещением, такое недвижимое имущество не включается в конкурсную массу, а вошедшее в состав наследства единственное пригодное для проживания наследника жильё подлежит из неё исключению.

Вышестоящий суд признал ошибочным суждение суда первой инстанции о том, что продажей половины в праве собственности на недвижимость не ущемляется право супруги умершего должника на жилище. Коллегия судей указала, что имущественный иммунитет подразумевает сохранение за должником и членами его семьи недвижимости как физического объекта в целом. Жилой дом использовался семьёй полностью, выдел долей не производился, следовательно, наследники, для которых дом является единственным пригодным для проживания объектом недвижимости, вправе были рассчитывать на оставление его за собой без изъятия ½ доли наследодателя.

Нижестоящий суд не учёл отличительную черту банкротства наследственной массы – банкротство осуществляется так, как если бы наследодатель был жив. Другими словами, долги погашаются за счёт наследственной массы посредством процедур, применяемых в деле о банкротстве, а не наследниками умершего должника.

Судебная коллегия согласилась, что применённый судом первой инстанции подход ошибочен, способствует потенциальному возникновению долевой собственности несвязанных между собой лиц и ведёт к ситуации, когда для членов одной семьи жилой дом, по сути, становится коммунальным. В конечном счёте, это ведёт к нарушению права наследников на достойную жизнь и неприкосновенность жилища, что противоречит статье 25 Конституции.

Судьи вышестоящего суда справедливо заметили, что если бы процедура осуществлялась по общим правилам, то есть как при жизни наследодателя, то на недвижимость – дом и земельный участок – распространялся бы имущественный иммунитет, так как принадлежавшая умершему должнику квартира ранее была реализована в рамках процедуры банкротства. Таким образом, дом и земельный участок подлежали исключению из конкурсной массы, и продажа недвижимости посредством торгов является незаконной.

Стоит остановиться на том, что продажа земли, как самостоятельного объекта отдельно от дома, недопустима по закону, поскольку эти объекты, если они принадлежат одному собственнику, неразрывно связаны друг с другом, и продажа их по отдельности не допускается.

Юридически ½ доли в праве собственности на объекты недвижимости была реализована финансовым управляющим в обход запрета, установленного положениями пункта 3 статьи 213.25, пункта 7 статьи 223.1 Закона о банкротстве и статьи 446 Гражданского процессуального кодекса, раскрывающей понятие имущественного иммунитета.

Подводя итог, суд апелляционной инстанции констатировал, что отчуждение ½ доли в праве собственности на недвижимость существенно ухудшило положение наследников в отсутствие к тому законных оснований.

Так, благодаря последовательной, юридически завершённой позиции удалось отменить ошибочное решение, оспорить результаты торгов и признать заключённый с покупателем договор купли-продажи недвижимости недействительным.

В заключении скажу, что судебный акт, благодаря которому наследники должника сохранили право на достойную жизнь в собственном доме, устоял в суде кассационной инстанции, и его юридическая безупречность не вызывает сомнений.

По вопросам наследственных и семейных споров, в том числе в процедуре банкротства, вы можете обратиться за консультацией по телефону, электронной почте или в мессенджере.

Успехов в бизнесе! Стойкости и терпения!

Поделиться